Лишь тот охотника поймет,
Кто испытал неоднократно
Надежды полный путь вперед
И горемычный путь обратно.
Утро следующего дня оказалось таким же солнечным, как и в первый день нашей охоты. Заметно потеплело – до -15 ºС. Погода была очень комфортной для охоты, и после небольшого перекуса мы в том же составе – Санжар, Дюшан, Владимир и я – вновь отправились на поиски барана.
Теперь путь лежал в сторону, прямо противоположную вчерашнему направлению. Мы проехали на лошадях около пяти часов, то поднимаясь в горы, то спускаясь через плато к распадкам. Пересекли живописную долину с костями павших в сражениях с волками козерогов и вошли в ущелье, где сквозь ледовую корку пробивалась небольшая речушка. Лошади сразу принялись жадно пить воду, и мы тоже приложились к ледяному источнику. Отдохнув немного, с новыми силами пошли на штурм очередного подъема, выползли наверх и… вот тут-то все и началось!
С высоты открылась грандиозная панорама. В нижней ее части на многие километры тянулась широкая долина вперемешку с горными ущельями и небольшими увалами. Красота эта со всех сторон, как капканом, была зажата величественными островерхими пиками. Именно сюда и тянул нас Санжар – он знал наверняка, что здесь есть большие стада баранов Марко Поло. И почти сразу же на удалении в два-три километра мы обнаружили три или четыре стада. По прикидкам, их было штук сто!!! Животные без опаски паслись на большом удалении друг от друга. Среди самок, составлявших основу стад, и молодняка кое-где были видны и осторожные трофейные рогачи. Они стояли поодаль группами по пять-шесть особей и при малейшей опасности резко переходили на бег.
Санжар установил зрительную трубу, и они с Дюшаном поочередно стали наблюдать за плоскогорьем. Мы с Владимиром осматривали местность в бинокли в поисках подходящего трофея. После часа наблюдений Санжар рассказал о том, что сумел обнаружить. На удалении трех километров в ущелье, примыкавшем к долине, засекли большое стадо архаров, среди которых выделялись пять-шесть самцов. По оценкам Дюшана, среди них был довольно приличный рогач. Вопрос только в том, как к этому трофею подобраться по открытому пространству. Обсудили и решили обогнуть плоскогорье по верху, зайти вдоль горного хребта слева от долины, подкрасться к стаду и попробовать поработать по трофею, если таковой в стаде действительно обнаружится. Иначе – никак.
Оседлали лошадей и тронулись в сторону гор. Время от времени останавливались, чтобы проследить за перемещениями баранов. Оказалось, что интересующие нас рогачи зашли в распадок, увлекая за собой стадо, а затем и вовсе скрылись с глаз, что было нам только на руку.
Дальше события приняли совершенно неожиданный поворот.
Через три-четыре километра конного похода мы спешились. Я взял карабин и боеприпасы, Санжар с Дюшаном – свои ружья и зрительные трубы, и мы все двинулись пешком вдоль хребта к распадку, где скрылись бараны. Владимир не спеша подтягивался к нам сзади со своей видеокамерой. Вдруг Санжар, подскочив, резко дернул меня за рукав вниз, заваливая набок. Остальные разом грохнулись на камни и замерли. Санжар пополз вперед по каменистой щебенке, я – за ним следом, переставляя через каждый метр сошки своей «хаэски». Подполз и лег рядом. Он был явно чем-то раздосадован. Жестом дал команду Дюшану, чтобы тот быстро подобрался к нему и был готов выстрелить. Потом Санжар указал нам на противоположный горный хребет, и все прильнули к биноклям.
Наверху на удалении в 600 метров я увидел огромного волка, который тоже охотился на баранов. Скрываясь в снегу, он медленно, но уверенно сокращал расстояние между ним и стадом. Делая по 10–20 шагов, волк, методично виляя хвостом, осторожно спускался по гребню вниз. Было ясно, что ни его, ни нас, охотников, бараны не видят. Это было уже интересно и могло помочь в решении нашей задачи. Мы двинулись перебежками, а кое-где и ползком, наперерез волку, постепенно сокращая дистанцию. Наконец хищник основательно залег в снегу и замер. Было ясно, что он наблюдает за баранами сверху, а нам до точки прямой видимости надо было еще ползти и ползти.
Пока подбирались, я дальномером – так, на всякий случай – определил расстояние до волка: 540 метров. Можно было бы попробовать убрать «с дороги» конкурента…
Мы продвинулись по плоскогорью еще дальше и чуть выше, забрались на бугристый холм, с которого практически сразу засекли стадо архаров десятка в три голов. Животные отдыхали, лежа по всей длине небольшого подъема около ущелья. Ближе к нам расположились небольшие группы самок, за ними линией слева направо – рогачи, прикрывшиеся молодняком. Все самцы были видны как на ладони. Установив карабин на сошки, я тут же пробил расстояние до них: от 300 до 320 метров – более чем комфортно! Ветер не мешал, но вот солнце жгло прямо в торец.
Мы насчитали восемь самцов баранов Марко Поло, трое из которых представляли трофейный интерес. Один не прошел квалификацию из-за размера базы рогов, у второго была хорошая база, но отломанный кончик рога. Зато третий «мачо» был просто великолепен – длинные спиралевидные рога с толстой, мощной базой и закручивающимися наружу концами. Все подтвердили: это именно то, что нужно. Я сразу навел на него карабин и начал готовиться к выстрелу. Лежачего стрелять не хотелось – были на этот счет свои соображения. Надо было дождаться, когда стадо начнет подниматься, и в этот момент выстрелить.
Наша команда, лежа на мерзлых камнях, запорошенных снегом, стала потихоньку замерзать. Хотя светило солнце, минусовая температура с ветром все же давали о себе знать.
После первого часа лежки меня стал пробирать озноб, а в стаде не было никаких намеков на подъем. Наш серый друг на скале напротив тоже старался не выдавать своего присутствия, затаился в снегу, и только его башка дергалась то вверх, то вниз, явно чуя добычу и ожидая ее выхода. Я понял, что это надолго, так бараны могут пролежать до самого вечера.
Прошел еще час, и озноб стал усиливаться. Санжар и Дюшан тоже ерзали на камнях, переваливаясь с живота на бок и обратно, часто подносили морщинистые руки ко рту, пытаясь согреться дыханием. Я скомандовал: «Поднимай стадо, Санжар!», а сам резко вложился в карабин, выцеливая своего барана.
Через какое-то время Санжар с Дюшаном, кряхтя, поднялись в полный рост – ноль реакции в стаде. Я в это время пристально смотрел в прицел на рогача, пытаясь уловить каждый миг его движения. Санжар поднял руки вверх и несколько раз негромко крикнул. Волк сразу засек нас и, не останавливаясь, быстро ушел за хребет. В стаде началось явное волнение, самки поднялись первыми, крутя головами то влево, то вправо. За ними осторожно, по одномупотянулись и самцы. В это время мой баран тоже зашевелился. Между тем поднялось все стадо, и самки, смешавшись, перекрыли своими телами самцов. Затем они двинулись наверх по гребню, плавно перетекая вниз, в распадок. Мой трофей поднялся почти последним. Как только он выровнялся в горизонт, я сразу же выстрелил. Тяжелая пуля ударила точно в центр тела животного, ниже лопатки. Он вздрогнул и, завалившись назад, рухнул. Все стадо резко рвануло галопом, поднимая тучи снежной пыли, и скрылось в ущелье, оставив за собой широкую утоптанную колею.
Поднявшись с камней, мы радостно закричали, похлопывая друг друга по плечам и поздравляя со столь тяжко добытым трофеем. Это было невероятно здорово!..
Вдоволь насладившись триумфом, мы не спеша оседлали лошадей и тронулись по гребню к нашему барану, лежавшему там же, где он упал. Нет слов, чтобы описать, до чего же он был хорош! Мощные, увесистые рога с большой базой ясно показывали, что мы добыли достойную особь архара Марко Поло. Длина левого и правого рога была 135 и 137 см, соответственно. Да, повезло мне с бараном в Киргизии, и это было крайне волнующе.
Потом мы, счастливые, невзирая на расстояние, спустились к лагерю и уже за ужином допоздна, тысячу раз вспоминали волка, который, видимо, загнал стадо под распадок на гребень горы и помог нам в этой охоте, мой точный выстрел, погоду и наши замерзшие тела, лежавшие на плоскогорье с надеждой на удачу…
Козероги
На следующий день все закрутилось по новой: опять сборы, лошади, проверка оружия и прочее. Не хотелось терять время, ведь до отъезда оставалось лишь трое суток. У нас еще имелся шанс добыть козерога, тем более что наш проводник и опытный охотник Санжар хорошо знал эти места, а главное, знал, где можно попытать удачу в поимке среднеазиатского козерога.
Выехали затемно. Очень долго плелись по долине на восток. Потом начался утомительный подъем в горы, на который мы убили почти весь световой день. Спешиваясь и отдыхая, все-таки добрались до самой вершины, обогнули ее и слезли с лошадей. Пешим ходом с карабином за плечами мы прошли по хребтине метров 250 и встали. Санжар долго всматривался в соседние вершины и распадки. Наконец он засел основательно, достал трубу и начал методично вычислять козерогов. И его усилия оказались не напрасными!
На удалении в три километра мы заметили группу, 15-16 голов, которая состояла исключительно из рогачей. Опять раздалась команда «по коням», и мы начали подход.
Приблизились на лошадях по горам на полторы тысячи метров, опять спешились и снова стали наблюдать за группой в бинокли. Движения в стаде не было. Одни рогачи стояли, другие, повалившись набок, грелись на солнце у высокого огромного валуна подле глубокого ущелья. Дюшан предложил пообедать, а потом подойти к ним: они, мол, и так никуда не уйдут. На том и порешили. Спустившись чуть ниже, чтобы не спугнуть добычу, раскочегарили керосинку, заварили чай и, заправившись конской колбасой с хлебом, вновь были готовы к бою. Для начала выглянули из-за камней и вдруг обнаружили, что животных нет уже и в помине!
Чтобы осмотреться, решили начать невеселое восхождение к валуну, откуда видели козерогов, и пошли гуськом, то и дело останавливаясь, чтобы отдышаться. Добрались до верха, почти до валуна. Слева и справа от него метров на 800–900 в длину тянулись огромные длинные ущелья, которые упирались в непреодолимые, по моим представлениям, высокогорные пики. Санжар сразу сказал, что козероги ушли от валуна и сейчас находятся внизу, в конце того гребня, к началу которого мы вышли. И если мы сейчас зашлем по гребню сверху вниз Дюшана, то стадо, возможно, тронется и пройдет вдоль этих вертикальных скал, почти рядом с нами – останется только не промахнуться.
Сделали засидку в самом удобном месте. Я начертил в воображении линию их подъема от нижней точки ущелья до противоположной горной грядыпочти на уровне глаз. Определил дальномером расстояние: до ближних скал на самом коротком этапе их подъема было 450 метров. Ветер иногда сильно кружил, загоняя снег снизу на верх горы, но ничего страшного в этом не было. Я был уверен, что выстрел должен получиться.
Дюшан начал медленное восхождение к валуну, а затем спуск вниз к козерогам.
Прошло минут сорок, и мы услышали выстрел из карабина – Дюшан явно давал нам какой-то сигнал. Тут на приличном расстоянии от засидки, где-то глубоко внизу, в ущелье я засек первого козерога-разведчика, который тянул все стадо на покорение горного отвеса. Это было немыслимо! Весь наш план провалился к черту, но тут было, на что посмотреть! Козероги, выстроившись цепочкой один за другим на утоптанной колее, почти по шею в снегу двинулись на покорение отвесной горной вершины. Это было потрясающе! Казалось, они шли под лозунгом «Никто не хотел умирать»!
Я развернул карабин по направлению к стаду и засек дистанцию: 1 200 метров. В стаде было три хороших самца, которых я видел в прицел, – два со спиралевидными рогами и один вилочник, просто амбал! Я начал выцеливать главного рогача. Грохнул выстрел – мимо! Еще раз – и опять промах! Все бараны вытянулись снизу-вверх в одну линию длиной метров сто, которая ползла, плавно перетекая к самой вершине. Это было красивое зрелище! Грохнули еще два выстрела – и опять неудача. Все-таки явно мешал боковой ветер с сильными порывами, да и «бортовой компьютер» в голове тоже не желал настраиваться. Засекать же ветровые сдвиги в горах было бессмысленно. Тем не менее, Санжар был рад такому стечению обстоятельств. Оказывается, после моих выстрелов стадо перевалило через горный массив, а затем вышло в распадок на противоположной стороне хребта, где к ним можно было подойти завтра. Санжар утверждал, что на той стороне есть еще немного зелени и козероги ходят туда кормиться. Там мы их завтра рано утром и встретим.
Начали затяжной спуск по другой дороге, через седловины к долине, чтоб выйти к лагерю напрямик. Пять часов – и мы уже на базе, разбитые и опустошенные… Но не побежденные!
Еще раз!
Назавтра поднялись в три ночи. Наспех позавтракали, чем пришлось, быстро оседлали лошадей и тронулись в путь. Санжар торопился и почти галопом гнал нас по долине на северо-восток. Он планировал еще под покровом ночи подойти к краю плоскогорья с другой стороны горного массива и залечь за камнями, чтоы утром встретить стадо рогачей на спуске. Торопились всю дорогу, подъем за подъемом карабкались на лошадях в горы, преодолевая одну хребтину за другой, – нужно было как можно быстрее добраться и как можно раньше выйти на стадо. Быстро светало, но мы уже практически дошли до нужного нам места.
Санжар соскочил с лошади, достал зрительную трубу и, установив ее, начал рассматривать широкий многокилометровый горный массив. «Вот они!» – сказал он, и мы все прильнули к своим биноклям. Дистанция до рогачей была еще большой – три-четыре километра. Козероги уже почти всей группой вывалили вниз и встречали у подножия рассвет. На этот раз мы заметили в стаде и самок, и молодняк. Замыкали шествие три великолепных рогача – те самые, по которым я стрелял вчера, пытаясь достать их с большого расстояния. Каждый из нас поочередно смотрел в трубу, рассматривая великанов. Все три самца были супертрофеями с длиной рогов от 125–130 см, а рога козерога-вилочника, по нашим оценкам, тянули на все 140 см!
Я еще раз проверил карабин и патроны. Мы быстро упаковали трубу, вскочили на лошадей и начали подход. Дюшан предложил зайти сбоку, с подветренной стороны по горам, Санжар решил атаковать с подходом в торец горы, в самом конце спуска стада на плоскогорье. И началась охота!
Долго виляя то вверх, то вниз по небольшим горкам и скрываясь за камнями, мы приближали эту встречу и как могли сокращали расстояние до козерогов. Мы были уже почти внизу у края горного уступа, как вдруг произошло непредвиденное: ветер резко поменялся, стал закручиваться, и стадо, постепенно развернувшись назад, начало восхождение в противоположную от нас сторону.
Санжар понял: надо очень быстро что-то делать, иначе мы упустим представившийся шанс, и почти галопом поскакал к подножию горы. Я тоже пришпорил свою лошадь, практически у подножия спрыгнул с нее и побежал с карабином за ним. Пробежали в подъем еще 50 метров, и Санжар, почти крича, простонал: «Стреляй, стреляй! Уйдут!..»
Я выдернул сошки на всю длину и лег, приготовившись к стрельбе под очень острым углом. Стадо козерогов резво уходило по горам вверх, скрываясь за скалами и забирая чуть вправо. Начальная дистанция была 500 метров. Прокрутив значения на барабане ввода поправок, я начал поиск трофея. Однако никто из нас не видел тех трех самцов, ради которых и была затеяна вся игра.
И тут я засек первого рогача, который перепрыгивал с одного камня на другой, мелькая между скал. Это было то, что нужно! Грохнул выстрел – промах! Самцы – и трофейные, и обычные – смешались в стаде, лавируя между камней и не давая мне возможности сделать точный выстрел. Я выстрелил еще дважды – безрезультатно! Барабан поправок отошел на второй план – некогда было вводить корректировки, надо было отрабатывать выстрел за выстрелом по прицельной сетке, с уже введенной поправкой на 500 метров. Козероги уходили все выше и выше. Владимир, надо отдать ему должное, постоянно корректировал дистанцию: 650… 700… 800 метров. Однако чем дальше, тем было только хуже: животные перемещались, и достать желанный трофей было уже практически невозможно. Где-то в прицеле мелькал гигантский вилочник и его не менее достойный собрат. Каждый раз, выцеливая трофей, я отрабатывал в голове значения своей прицельной сетки для более выверенного дальнего выстрела.
Козероги поднялись на 1 000 метров и вереницей, резво перемещаясь, пошли от первого горного образования по скальной насыпи шириной на прострел метров 70. Вышел первый рогач и начал осторожный переход от одной скалы к другой. Я тут же, не раздумывая, выстрелил, и 19-граммовая пуля Scenar со свистом ушла в свой первый и последний полет. Мгновение… и все окружающие ахнули! Санжар сидел с открытым ртом, всем своим видом выражая беспредельное удивление. Пуля поразила первого рогача! При такой дистанции это выглядело весьма впечатляюще. Зверь завалился на бок, тяжело несколько раз перевернувшись в воздухе, полетел вниз со скалы и грохнулся наконец на камни.
Я вошел в раж. В это время козероги, встав на краю каменистой насыпи, вероятно, раздумывали, переходить им или нет. Затем, решившись, утопая копытами в щебне, резво, один за другим, с отрывом в два-три метра начали переход.
И тут я увидел того красавца «мачо» с сильно закрученными рогами. Старый, с длинной бородой, темного окраса с белесым подпалом на шкуре, он был очень мощным. Трофейный козерог начал переход, ускоряясь за соседом, несущимся впереди. Расстояние до него было больше 1 000 метров. Я внес поправки на большой угол и исключительно по сетке выстрелил. Удар пришелся почти точно: чуть повыше киля, в район груди (по результатам анализа попаданий после его осмотра – прим. авт.). Зверь завалился головой вперед, поджав под себя обе передние ноги. Тяжелая пуля сделала свою работу. В прицел я наблюдал, как он отползал под скалу, оставляя за собой широкий кровавый след.
Теперь все молчали, онемев от увиденного. Практика моих дальних выстрелов в горах помогла мне и на этот раз, в Киргизии.
Моей радости не было предела, тем более что мы добыли сразу двух трофейных козерогов! Потом все разом очнулись, вдруг поняв: охота состоялась!
Сил, чтобы подняться к трофеям – ни моральных, ни физических – у меня уже не было. Санжар, Дюшан и Владимир начали восхождение, а я не спеша пошел за ними следом. Преодолев по камням и насыпи это неблизкое расстояние, мы наконец доползли до баранов. Первого самца обнаружили сразу, он лежал чуть ниже, с переломанной челюстью. Со вторым было посложнее: Дюшан пошел по кровавому следу и добрал затаившегося между камней «мачо» выстрелом из своего СКСа. Сразу же измерили трофеи: первый оказался небольшим рогачом с длиной рога 105 см, зато второй порадовал на славу – длина правого и левого рогов составила 125 и 126 см, соответственно.
Кульминацией нашей столь долгой экспедиции стали фотосессия, разделка трофеев и уже совсем близкая дорога к базовому лагерю.
Заключение
Ярко сияло солнце, освещая снежные пики могучих гор. Душа рвалась в бездонную синь неба – так тесно было ей в груди. Неимоверно сильно впечатляли итог охоты и вселенский размах вершин Тянь-Шаньских гор, неустанно напоминающих нам о бренности бытия. Так завершилась охота в Киргизии, где в Аксайской долине мне удалось добыть три великолепных трофея. Я думаю, что еще вернусь в эти края и что судьба все-таки сведет меня с тем «чемпионом», козерогом-вилочником!
