За бараном по рекам и камням.

                             За бараном по рекам и камням. Цель нашей экспедиции на сей раз, был якутский снежный баран.      Якутия. Это где?    «Дмитрий, я не могу понять! Мы летим уже несколько часов и не видим ни одного огня под крылом самолёта?!» А ночь-то была лунная и с огромными звёздами в чёрной мгле космических далей.   Это вопрос много лет назад задал мне один из моих охотников, с которыми мы летели в Якутию на охоту. Таковы просторы нашей необъятной Родины. А именно той её части, где расположена очень интересная в плане исторического развития и географических особенностей Республика Саха или Якутия.      Необычного в её истории довольно много. Взять хотя бы тот факт, что якуты говорят на языке, принадлежащем к тюркской группе языков, куда помимо якутского входят такие языки как киргизский, казахский, турецкий, азербайджанский и другие. Но все эти народы испокон веков проживают на территориях гораздо южнее холодных якутских просторов. Каким образом тюркскоговорящих занесло в столь суровые сибирские условия? Точного ответа на этот вопрос до сих пор не получено.        Географические особенности Якутии включают в себя, прежде всего,  большую удалённость от центра России и вообще чего бы то ни было. Только с развитием воздухоплавания, или попросту говоря авиации, якуты получили более менее регулярную связь с материком, как они называют любую доступную автомобильному транспорту часть России. До этого единственной связующей артерией для местного населения служила река Лена, сильная и коварная, она унесла не одну сотню, тысячу, да и кто считал, может быть и больше жизней.       Ещё одна особенность Якутии это – полюс холода, который находится возле населённого пункта Оймякон. Рекордно официально зарегистрированная температура в этом месте составила – 69,9 градуса С. Это официально зарегистрированная. Но есть данные, что в некоторые годы столбик термометра опускался и ниже - 77 градусов С и даже до – 82!!! Как выживают люди и животные в таких местах, останется загадкой ещё на многие-многие годы. Здравствуй, земля колымская!        Но мы с охотником из Казахстана Жайсаном Сыздыковым  и его другом Ильясом оказались в Якутске после длительного шестичасового перелёта в конце августа. Практически не спав всю ночь, получив багаж и перепрыгнув в микроавтобус, который нас уже встречал в аэропорту, тронулись в долгий и, как оказалось, нелёгкий путь.             В аэропорту нас встретил приветливый водитель Василий, среднего роста, сибиряк, с русскими корнями и голубыми глазами, с неторопливым и очень тихим говором, спокойный как удав.           Спустя полчаса наш микроавтобус был уже на переправе через могучую и строптивую сибирскую реку – Лену. Не раз своими бурными водами она доказывала, что не человек на этой Земле хозяин.  Жертвы, разрушения жилищ и зданий повторяются здесь во время весенних паводков регулярно. Но в этот раз мы увидели Ленские воды в их спокойном миролюбивом состоянии. Пришлось подождать минут 40, пока загрузится весь паром и тронется в путь. От широты реки и огромной массы воды, протекающей к Ледовитому океану, у моих казахских друзей захватывало дух.  Дороги, дороги.               Через час с небольшим мы были уже на другом берегу. Микроавтобус ловко взобрался с пандуса на песчанно-галечную насыпь и, слегка переваливаясь с боку на бок под тяжестью груза, начал свой путь в восточном направлении, называемом «трассой федерального значения». Дорога представляла собой поначалу не совсем ровное, но хотя бы твёрдое покрытие с содержанием асфальта. Но скоро оно закончилось, и началась дорога из смеси песчаной пыли, глины и частично из гравия. Нам повезло, по словам Василия, в том плане, что не было дождя. При дожде всё это дорожное покрытие превращается в жидкую смесь, готовую в любой момент сбросить машину в кювет. Так нередко и происходит здесь во время дождей. Огромные большегрузы улетают в кювет и создают, тем самым, большие проблемы другим водителям.        Всё постсоветское пространство «славится» своими дорогами, но то, что мы увидели и имели счастье испытать на себе в Якутии, даже представить было трудно. К тому же Василий боялся надавить чуть сильнее на педаль газа.         Микроавтобус с правосторонним рулём медленно облизывал не то ямы, не то воронки от снарядов, хотя войны здесь испокон веков не было, но огромные, зияющие своей чернотой впадины в полотне дороги, постоянно преграждали путь разогнавшемуся было транспортному средству.          Не буду больше утомлять читателя описанием наших путевых приключений с долгим ожиданием паромов и медленным их продвижением через Лену и Алдан, но, в конце-концов, к вечеру того же дня мы оказались в небольшом якутском посёлке под названием Хандыга. Тепло гостиницы располагало ко сну, и мы, обсудив все детали и планы на завтрашний переход в район охоты, с удовольствием упали хоть и не на совсем комфортные, но всё же кровати и предались желанной неге сна.          Утром следующего дня нас уже ждала машина для переезда к пристани. Там мы увидели два интересных, до селе невиданных нами, аппарата на воздушной подушке под названием ХИВУС.  Как потом оказалось, это транспортное средство является самым оптимальным для передвижения в условиях нестабильного уровня воды в якутских реках. Русло рек часто меняется, и если ты сегодня смог подняться на водомёте в одном месте, то есть вероятность, что на обратном пути тебе придётся искать другой путь, потому как река с её крутым и непредсказуемым нравом решила проложить себе новое русло или же просто пересохла в этом месте из-за отсутствия дождевой воды.         Загрузившись, под рёв пропеллера Хивуса тронулись в путь. Было несколько непривычно чисто психологически воспринимать ход судна на воздушной подушке. Понятно все, когда мы идём по воде, но вот впереди небольшая отмель и ты думаешь «Всё, приплыли!».  И сейчас придётся стаскивать эту махину с речной гальки, как не раз нам приходилось это делать впоследствии при переходе на водомёте здесь, да и на Чукотке. Ан нет! Идёт родимая и по отмели, спокойно «облизывая» песчаные или каменистые плёсы.         Так мы шли около двух часов, поднимаясь вверх по Алдану до поворота на другую якутскую реку под названием Тыры. Название это произошло предположительно от якутского ТЫРЫН, что означает «налёдное место» или «большая наледь». И если по полноводному Алдану идти было, в общем-то, легко, то после поворота на Тыры маршрут резко усложнился. Стало появляться множество проток. Знать по какой из этих проток следует идти, было не так просто. Река постоянно петляла, извивалась, как змея, то, прижимаясь к крутому берегу, из которого выступала вечная мерзлота, сверкая и переливаясь кристаллами многовекового льда, то растекалась на большой площади, подобно тесту, вылитому из половника на сковороду. Все попутчики уже немного подустали и после трёхчасового перехода решили остановиться, размять ноги и перекусить. После отдыха идти стало веселей и ещё через пару часов мы уже были на базе под названием «Пять озёр». Долгожданная встреча и русский Дух.      Нас встретил мой давний партнёр Андрей Петров, сухого типа телосложения, роста выше среднего, приблизительно 1м82-1м83 с удивительно чистыми голубыми глазами. Андрей является директором охотхозяйства, на территории которого нам предстояло охотиться. Пребывание в столь удалённых от цивилизации районах требует от человека массу знаний и умений. Он должен уметь всё, от приготовления пищи до ремонта техники и обработки древесины. Я уже не говорю, что как проводник он должен очень хорошо знать места обитания зверя, будь то лось, баран, медведь или северный олень.     Как показало общение с Андреем, он был чрезвычайно мягким и отзывчивым человеком, но очень сильным физически и мог переносить огромные физические нагрузки. Таковы наши сибиряки, которых хотели завоевать иноземцы.    Европейцы, приезжающие к нам на охоту из своего избалованного и растленного современной цивилизацией мира, постоянно удивляются на физическую выносливость и силу духа наших людей. Хорошо бы ещё, чтобы они рассказали это своим политикам, которые на протяжении всей истории государства русского и российского пытаются оторвать хотя бы кусок землицы, а когда этого не получается, то плеснуть грязи на репутацию россиян. И это при всём при том, что, в отличие от многих европейских стран, имевших и до сих пор имеющих свои колонии или протектораты, и особенно США с их более чем вековой историей захватнических войн, истреблением целых народов и попыткой насаждения своей «демократии», Россия никогда не вела захватнических войн и не имела колоний за пределами своего государства. Так что не видать им с таким сильным народом ни пяди русской земли.       Но вернёмся к охоте. Всё это вышесказанное не являлось гласом вопиющего, а лишний раз демонстрирует тот факт, что наш человек, который даже не подозревает за собой какие-либо сверх возможности, готов в нужный момент мобилизоваться и сделать то, что он до того момента в жизни не делал. Так произошло и в этот раз, так как сама Земля якутская не предполагает  лёгкой парковой прогулки на таких охотах, под которую мы подписались.        Надо отметить, что одна из основных проблем в столь удалённых местах является обеспечение транспорта топливом. Топливо заготавливается заранее с большим запасом на непредвиденные ситуации, которые здесь скорее норма, нежели исключение. Так вот и Андрей заготовил для этой охоты стратегические запасы топлива. И всё бы было хорошо, но … мы предполагаем, а Бог располагает. Кто же мог предугадать то, что небольшая по сравнению с Леной и Алданом река Тыры настолько разольётся и разбушуется, что снесёт целиком небольшую промежуточную базу со всеми строениями и унесёт с собой весь стратегический запас бензина. Вот так бывает в этих суровых местах. На охоту.      Но, тем не менее, Андрей нашёл способ решить проблему топлива, и мы выезжаем на охоту. Предстояло подняться ещё выше по реке до небольшой охотничей избушки, сделать её промежуточным лагерем и уже оттуда «воевать».      В первый же вечер сразу по приезду Жайсан с одним из проводников выдвинулись в горы попытать удачу. Там на противоположном от нас берегу был заложен солонец, на который, по словам проводника, иногда приходят бараны.       Мы же оставшимся в лагере коллективом стали обустраиваться. Приготовили на костре скромный ужин, отдали дань Байанаю (якутский Бог охоты) и стали ждать возвращения охотника.       На этот раз поход Жайсана в горы оказался безрезультатным, что, впрочем, было ожидаемо. Слишком просто было бы всё, если бы он в первый же день охоты получил результат. Хороший и почётный горный трофей надо выстрадать. Расстраиваться по этому поводу никто не стал. Все провели хороший дружеский вечер и устроились на ночлег, кто в избушке, как Жайсан и Ильяс, кто в своём Хивусе. Ну, а мне предстояло провести ночь у костра. Благо холода сюда ещё не пришли, а необходимое снаряжение в виде надувного коврика, хорошего спальника и покрывала от дождя у меня имелось. Единственное, что настораживало, так это рассказы местных ребят о том, что медведи здесь – хозяева и, к тому же, очень агрессивные. Спрашивать разрешение на посещения лагеря не будут, а могут просто прийти и попытаться взять, что им хочется. По этому случаю пришлось попросить у одного из проводников карабин. Сразу зарядил его и положил рядом с собой. Точно утверждать не могу, кто был рядом с лагерем, но точно слышал шум метрах в 30 от того места, где я лежал. Было жутковато, а посему вся ночь прошла не во сне, а скорее в полудрёме. Но, как говорится, Бог отвёл от нас опасность, и утром все проснулись в добром, хотя, честно говоря, не совсем все и не совсем в добром от излишне принятого накануне. Хорошо, что все остались живы.         Быстро позавтракали, собрались и двинулись в другие места, которые были запланированы нами для охоты ранее. По плану Андрея мы должны были пройти по одному из малых протоков и подняться на высокогорное плато где-то в часе хода от избушки. Шли ровно, аккуратно огибая огромные валуны и скалы. Протока всё больше и больше сужалась и по нарастающей возникали всё большие сомнения по факту возможности прохождения к месту нашей охоты. В какой-то момент, что называется приплыли. Хивус упёрся в непреодолимые скалы. Но это было не самое страшное. Пугало то, что даже места для разворота практически не было. Ситуация была очень опасная и просто угрожающая жизни. Вперёд нельзя. Назад, надо ещё суметь развернуться. А если это удастся, то нестись вниз по бурлящему потоку узкого горного ручья на судне с такими габаритами как наш и не лучшей маневренностью, даже теоретически не представлялось безопасным. Что уж говорить о практической стороне дела.       Смогли развернуться, переталкивая Хивус от скалы к скале. Я посмотрел в глаза рулевому, он же водитель, он же капитан и спросил: «Пройдём?!»  Тот помолчал, вздохнул и молча сел за руль Хивуса. Оставалось только надеяться, хотя на что … понять было очень трудно. Но другого выхода у нас тогда не было. Головой в омут.        Судя по тому, что я сейчас сижу и пишу эти строки, я и вся команда остались живы. Но тогда было не совсем понятно, выберемся ли мы из той западни, в которую попали.         Вот двигатель взревел и мы пошли. Вернее говоря, помчались уносимые потоком, сквозь узкую щель, которую нам оставила судьба для спасения наших жизней. Один удар о скалу, удержались. Другой, третий, ещё один, но мы – на плаву и идём. Всё это время я держал в своих руках камеру, высунувшись по пояс из люка Хивуса. Думал, будь, что будет, но если выберемся из этой ловушки, то получатся захватывающие кадры.       В кабине все притихли и напряжённо вглядывались вперёд. После нескольких карамболей и прыжков с водопадов между скал мы с облегчением вздохнули, как только Хивус вышел на мало-мальски ровный участок реки.   Тут же пристали к берегу и первое что сделали – выпили по хорошей рюмке водки за успешное освобождение  из каменного плена и безопасное возвращение. Наш Хивус с правого борта был похож на военного истребителя, только что вернувшегося из боя. Ободранные бока, разбитые поручни, местами порванный фартук.      Кадры этой хроники до сих пор будоражат кровь моих родных, и шокирующее впечатление производят на знакомых, которым иногда показываю свои фильмы. А теперь бараны.       Главное – живы и здоровы. Не долго думая, обсудили сложившуюся ситуацию и приняли решение выдвинуться ещё в одно место предполагаемого обитания баранов. Оно находилось в нескольких километрах от той отмели, к которой мы пристали. Пришлось быстро распаковать свои походные сумки, одеться по погоде, загрузить всё необходимое в ходовые рюкзаки и выдвинуться в путь. Надо сказать, что с экипировкой в то время и в том месте было довольно-таки сложно в плане абсолютной непредсказуемости погоды. То холодный ливень, то сильный порывистый ветер. Потом всё внезапно прекращается и выглядывает солнце, палящее как в южных широтах и вкупе с высокой влажностью эта жара начинает давить на тебя своим жарким и влажно-липким покрывалом. Ты обливаешься потом, идёшь и не можешь никак взять в толк, где ты, на Кавказе или же в тысячах километрах севернее, у самого полюса холода?!      Так вышло и в тот раз. Когда мы выходили в путь, было ещё не так жарко и душно. Но стоило нам пройти каких-то полчаса, как жара и влага взяли нас в плен. Отдельно хотелось бы сказать несколько слов про тот грунт, по которому нам пришлось тогда идти. После прошедших накануне нашего приезда проливных дождей, почва напиталась водой. А так как в 30см от поверхности земли находится вечная мерзлота, то воде, естественно, уходить особо и некуда. Вот мы и мерили своими горными ботинками влажный грунт вдоль небольшого ручья, утопая порой по щиколотку во влажной глине и местами почти по колено во мху. Наилучшая тренировка для спортсменов и для желающих сбросить лишние килограммы! Но нам в таких походах терять лишний вес частенько ни к чему. Иначе останется от нас за пару недель таких походов один каркас. Так что пришлось чаще останавливаться, чтобы отдохнуть и перевести дух.      Спустя пару часов движения вышли к красивейшему озеру, запертому со всех сторон старыми горными хребтами. Несколько уток, отдыхавших в спокойных водах озера, с шумом взлетело у нас практически из-под ног. Очень красиво!      Решено было отдохнуть и перекусить. Слишком много энергии ушло на этот переход, а впереди была только неизвестность.      Во время перекуса обсудили сложившуюся ситуацию и пришли к выводу, что придётся возвращаться обратно к реке. Те хребты, куда мы хотели попасть, были ещё на достаточном удалении от нас и шансов на то, что мы успеем дойти туда поохотиться, вернее, сделать разведку на предмет наличия баранов и вернуться потом назад, было крайне мало. А снаряжения для ночёвки и питания необходимого на пару дней, мы тоже не брали.       Возвращались уже по другому склону ручья, который был очень крутым, со всеми вытекающими для нас последствиями. Сначала мы шли по галечнику и камням непосредственно у ручья, периодически перепрыгивая с одного его берега на другой. Но вот когда ручей сжали с обеих сторон скалы, то пришлось карабкаться по скользким камням вверх. Это оказалось довольно-таки сложным и небезопасным мероприятием, но мы всё же забрались на крутой берег и обошли скалистый прижим. Ещё через час хода были уже у реки. Оставшиеся в лагере ребята приготовили обед, в который входил даже салат из свежих овощей. Благо не на себе всё это тащим, а везёт наш трудяга Хивус.       Мокрые от пота, только успев скинуть с себя одежду, мы сразу же окунулись в холодные и кристально чистые воды Тыры. Они были на самом деле очень холодные. Реки, текущие по вечной мерзлоте, не могу быть иными. Растеревшись полотенцами и сменив одежду, присели к столу. Трапеза проходила неспешно. Мы отдыхали и наслаждались ещё тёплым якутским солнцем.       За разговорами и обсуждением сложившейся ситуации, пришла мысль о том, что оптимальным решением будет для нас вернуться на базу и обсудить план дальнейших действий с Андреем. Так и поступили.        На следующий день нам предстояла новая и ещё более трудная экспедиция. Рано утром выдвинулись уже в другую сторону вниз по реке и повернули налево. Шли до тех пор, пока даже везде проходящий Хивус не встал. Быстро собрались, взяв с собой спальники и припасов на пару дней, уложили всё необходимое в рюкзаки и выдвинулись вверх по этому ручью. Тогда мы ещё не знали, что нас ждёт впереди. Вёл нас вперёд молодой проводник Константин или просто Костя, парень крепкого телосложения, среднего роста и настроенный на результат.       От ходьбы и палящего солнца начали потихоньку раздеваться. Пот лил градом, и приходилось использовать малейшую возможность умыться, намочить головной убор и просушить обувь. Мои хорошо проверенные ботинки фирмы MEINDL, с которыми я не расстаюсь на таких охотах уже почти два десятка лет, в очередной раз зарекомендовали себя с самой наилучшей стороны. У Жайсан с Ильясом были ботинки похожего типа, но всё же несколько уступали по функциональности моим. Местные проводники настаивали на том, чтобы мы шли в длинных резиновых сапогах. Аргументация этого конечно имела место, т.к. очень часто приходилось форсировать небольшие, но довольно-таки глубокие протоки. Скажу честно, в таких сапогах для меня лично хорошо было бы только переходить реки, а идти по камням, льду, до сих пор лежавшему с прошлой зимы, и мокрому песку с глиной было бы для меня и Жайсана с Ильясом настоящей пыткой, и мы вряд ли бы смогли пройти в них столько, сколько мы прошагали за эти сутки. В результате таких погодных условий мы вынуждены были раздеться до трусов. Было больше скорее душно, чем жарко. Камни, камни, скалы, скалы.        Со стороны, конечно, было интересно наблюдать такой наш караван. Впереди проводник Костя, за ним Жайсан с Ильясом. Я замыкал караван для того, чтобы постоянно снимать видео и делать фотографии по пути нашего следования. А снимать было чего. Чем дальше мы продвигались вверх по ручью, тем круче становились скалы и крупнее валуны, по которым мы прыгали, чтобы продвигаться вперёд. Другого пути кроме как по камням, уже практически не было. Местами русло ручья сужалось до такой степени, что приходилось буквально продираться по узкой полоске суши густо заросшей кустарником тальника.  По мере продвижения вперёд и вверх по ручью к месту предполагаемой охоты русло становилось всё уже, а сам ручей всё глубже. Местами нам приходилось даже снимать ботинки и переходить ручей в брод по камням в жутко холодной воде. Мышцы почти сводило от резкого перепада температур. Зато после каждого такого перехода кровообращение в ногах и, в особенности в ступнях, становилось гораздо лучше и мы, вроде как с новыми силами бросались в «бой».       Но вот мы в прямом смысле этого слова уткнулись в такой скалистый прижим, что уже во второй раз подумали, что это конец нашего путешествия и жалко будет затраченных впустую сил. С точки зрения природной красоты место было просто изумительное. Водопад метров 10 высотой. Кристально чистые, изумрудного цвета воды падают в природную купель, выбитую за многие столетия, а может быть и тысячелетия. Несколько минут мы изучали скалы и обдумывали маршрут, по которому можно было пройти, хоть как-то зацепившись за что-нибудь. С большим трудом мысленно проложили маршрут. Но одно дело проложить мысленно,  и совсем другое по нему пройти. К этому моменту у нас за плечами уже был путь, длинной километров в 10, если не больше. Ноги были в царапинах, ссадинах и просто уже ныли от большого напряжения. Но в этом месте нам пришлось напрячься ещё больше. Идти по узкому, найденному нами карнизу на скользких камнях почти отвесной скалы, да ещё с рюкзаками и оружием, представлялось нам не очень простой, мягко говоря, задачей.  И всё же пришлось рисковать. Первым пошёл Костя, прокладывая путь. После того как он удачно миновал отвесную скалу, мы с Жайсаном и Ильясом один за другим аккуратно пошли по этому маршруту, аккуратно ставя ноги на узкие каменные уступы и цепляясь за небольшие выступы в скале руками словно ящерицы. Большую помощь нам оказали палки для ходьбы. Они помогали держать равновесие, что было немаловажно в данном случае, имея за спиной тяжёлый рюкзак.       Наконец, все благополучно миновали опасное место. Остановились на отдых между водопадом и пройденной нами скалой. Место – очень красивое, но столь же и коварное, в чём мы имели счастье ещё раз убедиться, сделав буквально несколько шагов вверх. Прямо рядом с водопадом, там, где нам нужно было пройти, лежала огромная каменная плита, отшлифованная то ли сошедшим ледником, то ли неизвестным ваятелем, ниспадающая прямо в ту самую природную купель. По плите текли небольшие ручейки и делали её гладкую поверхность вдобавок ещё и скользкой. Тут уже при переходе пришлось идти местами буквально на четвереньках. Цепляясь за малейшие выступы всем, чем можно, руками, ребром подошвы ботинка, палкой для ходьбы. Благо и этот участок был преодолён без потерь и травм. Но, то ли от нагрузок, то ли по каким другим причинам, у Ильяса заболело колено. О возвращении после пройденного и такого трудного участка мы не думали, а Ильяс уверил нас, что идти сможет.       С ручья пришлось уйти правее по склону. Опять до боли знакомый глубокий мох, влажная почва, прячущиеся под ними огромные валуны и связанные с этим «прелести» прогулки по таким местам. Так мы прошли ещё километра три, когда, наконец, перед нами открылась долина, со всех сторон окаймлённая горными хребтами. Бараньи места. Все сразу оценили это место. От визуальных перспектив захватывало дух, но было уже не до этого. Судя по GPS мы УЖЕ прошли по прямой около 13-14км от того места, где нас оставил Хивус. Надо было ещё пройти около километра, а может и больше того, до того места, где предполагался ночлег у подножья скалистых гор. Ночлег.       Вечерело, и нужно было быстрей найти место стоянки, дойти до него и обстроиться на ночлег. Где-то через полчаса мы были у подножья скал. Пробовали найти хоть мало-мальски сухое место, чтобы разбить лагерь, зажечь костёр и перекусить. Но кругом были грунтовые воды и чавкающая вода под ногами. Необходимо было торопиться. Обошли всю прилегающую окрестность, но смогли найти только два сухих места. Одно было слишком высоко в скалах и узко для всех нас, а второе было чуть ниже в начале небольшого подъёма. Остановились на втором.       Пока подыскивали место под стоянку, смогли уже найти баранов в одном из небольших ущелий на расстояние примерно километра два от нас. Рюкзак свалился с плеч, и мы как-будто взлетели. Костя пошёл в горы, чтобы сделать более точную разведку для завтрашней охоты, а мы занялись приготовлением ужина. Костёр, горячий чай с бутербродами и другой снедью. Что может быть лучше после тяжёлого пути длинною в 15 километров по реке и камням и продолжительностью в целый день.        Подошедший чуть позже Костя доложил, что на скалах видел группу баранов, голов шесть. Он уверил нас, что они не переместятся никуда из этого района, и мы завтра сможем спокойно к ним подойти.         После чая и ужина все упали на оборудованные для ночёвки места. Сон под открытым небом всегда завораживает своей таинственностью и глубиной необъятной Вселенной с огромным количеством сияющих звёзд, которая находится прямо перед твоим взором. Это и поражает и захватывает дух, расслабляет и в то же время заставляет забыть все те трудные и напряжённые моменты прошедшего дня, пробегающие в твоей памяти, перед тем как ты заснёшь. Рассвет и путь наверх.          Ночь прошла быстро. Успели даже в какой-то степени отдохнуть. Встали ещё затемно, часов в пять утра. Чашка чая, лёгкий перекус. Ноги у всех нас, конечно же, ныли, переполненные и забитые молочной кислотой. Трудно было привести мышцы в рабочее состояние. Это произошло уже чуть позже, по пути в скалы, где были бараны. Пока ноги не прогрелись от нагрузки, было впечатление, что вместо них у тебя – деревянные ходули. Но это прошло довольно быстро, т.к. подъём поначалу крутой, потом более пологий, а затем снова очень крутой сделал своё дело.      Идти было гораздо легче по утренней прохладе. Так что были благодарны хотя бы этому моменту. Но вчерашняя усталость начала давать о себе знать уже на половине пути от лагеря к скалам. У Ильяса опять заныло колено. Тяжело было Жайсану. Костя, как часто бывает у проводников, мчался вперёд. Ну а мне приходилось координировать действия и авангарда и арьергарда, чтобы один не убежал без охотника слишком далеко вперёд, а другим, чтобы не отстали и не потеряли нас из виду. По ходу подъёма я продолжал снимать интересные моменты нашей экспедиции.      Вошли в полосу кедрового стланика. Я всё время одёргивал Костю, чтобы тот не торопился. Пытался объяснить, что это нам ничего не даст, а если вдруг обнаружим поблизости баранов, то они, увидев нас, могут не дождаться охотника и тогда  - полный провал всей экспедиции, напрасно потраченные силы и время. На какое-то мгновение мне удавалось его сдерживать, но затем он снова отрывался.   Вот они, те, кто нужен.       В один из таких рывков, когда я стоял и ждал Жайсана с Ильясом, Костя вдруг присел и замахал мне рукой, чтобы я тоже спрятался. Как оказалось, он увидел тех же баранов, которых видел вчера гораздо ближе к нам. Из скал бараны ушли и легли чуть ниже в кедрачах. Я осторожно приподнялся и увидел группу животных на расстоянии «вытянутой руки», что называется. До них было максимум метров 70-80. Для горных охот это вообще ничто – расстояние более чем уверенного выстрела. Оглянулся назад. Ни Жайсана, ни Ильяса не видел. Тут же промелькнула мысль о нашем быстром провале. Никогда в практике не было такого, чтобы бараны столько времени ждали охотника. На всякий случай быстро вытащил из чехла камеру и начал снимать, чтобы потом, если что, показать Жайсану как доказательство того, что бараны тут есть. Краем глаза слежу и жду Жайсана. Наконец, он показался из-за куста кедрача метрах в 100 от нас. Кинул на нас усталый взгляд. Мы махнули ему, чтобы он быстрее подошёл к нам. Причём, Костя как многие проводники, тут же начал суетиться, пытаясь дать понять Жайсану, что, мол, бараны сейчас уйдут и нужно бежать. Какое там бежать после таких нагрузок и нелёгкого подъёма?! Я пытался объяснить Косте, что если он побежит, то собьет дыхание и будет ещё хуже. Промах в таких случаях из моего опыта, практически гарантирован. Трудно  или очень трудно после подъёма, сходу вложить карабин в плечо, найти слезящимся глазом в оптику нужный трофей, и сделать прицельный выстрел, пусть даже на такой небольшой дистанции.        Но вот Жайсан подошёл. По его дыханию я понял, что точного выстрела не может быть в таком состоянии. «Где бараны?» - спросил он. Бараны всё также стояли на том же месте. Один из них чуть передвинулся. Что с Жайсаном? Смотрю на него и понимаю, что ещё долго он будет «ловить» дыхание. Костя торопит: «Стреляй!» Я отговариваю Жайсана и пытаюсь довести до него мысль о том, что необходимо отдышаться, иначе – промах. Стрельба стоя, после подъёма, без опоры на высоте в 2 500 метров. Очень тяжело. Вижу, Жайсан решил стрелять. Я включаю камеру и беру баранов в визир. Жайсан делает несколько вдохов и выдохов, затем глубокий вдох. Вижу, как ходит ствол его карабина, надеюсь, что всё-таки … .  Но, этого не произошло. Выстрел!      Спокойно стоявшие всё это время бараны срываются с места. Ни один не упал. Душу ещё согревает надежда на то, что Жайсан всё-таки хороший стрелок, и, может, он попал, но баран в горячке просто убежал и где-нибудь ляжет. Перевели дыхание. Подождали минут пять и двинулись к тому месту, где стояли бараны. Следов попадания не находим. Нет ни крови, ни шерсти, сечёной пулей. Выходим на край крутого скалистого ущелья, и тут Костя замечает группу баранов уходящую от нас в полсклона.      Ещё одна попытка взять достойный трофей, но уже с дистанции в 400 метров – выстрел, промах; 450 метров – промах. Я уже пытаюсь сдержать азарт Жайсана и остановить его от таких дальних и не подготовленных выстрелов из положения стоя по бегущим на большом расстоянии животным. Огонь прекращён.                 Трудно описать, что может чувствовать охотник, да и вся его команда, после такого пройденного пути и досадного промаха.  Костя, буркнув что-то то ли себе под нос, то ли нам, понёсся по хребтам в сторону уходивших баранов. Я его так и не понял. То ли он хотел, чтобы мы следовали за ним. Но в таком случае он должен был хоть разок оглянуться и посмотреть, следуем ли мы за ним или нет. То ли хотел, чтобы мы подождали его здесь на хребте. В общем, он скрылся за скалами. Честно говоря, мы с Жайсаном и Ильясом не знали, что делать. Решили просто сесть под прикрытием небольшого скалистого уступа и ждать. Чего именно? Неизвестно. Так мы провели около часа. Стали уже подмерзать из-за того, что практически не двигались, а ветер в горах был пронизывающе холодным.       Внезапно из-за скалы появился Костя, который, как оказалось, всё это время сидел и ждал нас на верху хребта с другой стороны. Все вместе проследовали туда, где он сидел и откуда наблюдал убежавших баранов. В итоге, они ушли, т.к. ни бараны, ни Костя просто не сказали нам, где они находятся и что нам надо было делать.       Полюбовавшись прекрасными видами скалистых гор, вся команда развернулась в обратный путь. И снова камни, камни, скалы скалы. К родному Хивусу подходили уже как роботы на морально-волевых. Выбирать места перехода проток уже не хотелось, и шли прямо, порой по колено в воде.       Измученные таким далёким и тяжёлым переходом мы просто рухнули на твёрдую землю. После короткого отдыха быстро переоделись в сухую одежду, перекусили и тронулись в обратный путь. По пути подсчитали пройденный нами маршрут до баранов. И если по прямой, согласно показаниям GPS, было 13,3 км, то это могло означать, что путь только в один конец мог составлять около 15-16км, а туда и обратно, да плюс ещё восхождение на скалистый хребет могло получиться минимум 32-33км. Даже не верилось! Пройти за одни сутки такую дистанцию с охотой по такой, крайне пересечённой местности, да и с хорошей выкладкой за плечами?! Сразу как-то зачесались лопатки от зашевелившихся крыльев! Конечно же, это шутка. В то время хотелось быстрей оказаться в лагере, пусть и с минимальным, но комфортом и упасть на кровать.         Так и поступили по прибытию. После небольшого отдыха поужинали и отправились навёрстывать хронический недосып и снимать усталость. Всё это было возможно во время здорового сна, которому мы предались, несмотря на ранее время. На часах было всего лишь 7 часов вечера.          На следующий день не стали торопиться с выходом на охоту. Требовался спокойный режим вхождения в рабочую форму. Андрей запланировал бросок в один, хорошо известный ему район, где он неоднократно видел хороших баранов. Путь на лодке предстоял недалёкий. По общему решению команды договорились идти с очередной ночёвкой в горах.          Упаковав дежурное снаряжение через час на двух лодках мы вышли в путь. С нами отправился ещё один проводник Геннадий. Спустились по Тыры вниз и резко повернули налево в один из её притоков. По дороге с интересом наблюдали берега, на которых оттаивала вечная мерзлота, и грунт лохмотьями сползал в реку. Местами прямо из грунта рядами свисали сосульки различных размеров, напоминавшие строй органных труб. Как бы ты не уставал, но суровая красота севера завораживает и не оставляет равнодушным даже самых неискушённых путешественников. Надо отдать должное охотникам в этом плане. Эта категория людей всегда способна понять и оценить красоту природы в любом её проявлении.           От созерцания природных красот быстро пришлось спуститься на землю, вернее, к ней причалить. Подошли к намеченному месту, где в приток Тыры вливался ручей. Вероятно весной и после дождей это, с позволения сказать ручей, представляет собой бурный водный поток, скачущий по камням и перекатам, увлекая за собой приличных размеров деревья и брёвна. Но в тот момент нам повезло. Воды в ручье было мало. Стало быть, резиновые сапоги не понадобятся. Зато огромные валуны были на месте. Прыгать по ним нам было уже не привыкать. И не повезло с мелким, противным холодным дождём, опускавшимся из нависших над ручьём облаков, обволакивая нас влажной пеленой.          Вытащив лодки на берег и обустроив немного место будущей стоянки, сразу же тронулись в путь. По словам Андрея, до нас здесь пытался охотиться один охотник из Чехии. Но его попытка оказалась неудачной, т.к. он совсем не мог передвигаться по такой местности. Вероятно, европейские парковые леса для него были более доступны и привычны. Ну, а нам трудности подавай. Вот и пошли мы мерить очередные километры по до боли знакомым и «любимым» камням, да к тому же ещё и под мелким, противным дождём. Предполагалось, что километров через 7-8 мы должны были оказаться в месте, где держатся бараны. Во всяком случае, так утверждал Андрей. Нам оставалось только всецело ему доверять и отмерять шагами очередные километры.          Около двух часов нам понадобилось, чтобы добраться до места назначения. Решили сделать привал, а Андрей отправился на разведку по горным хребтам и скальникам. Договорились связаться по рации, если будет необходимость в том, чтобы охотнику подняться для выстрела по трофейному барану. Андрей растворился  в лесистой чаще, покрывавшей крутые склоны.          Время текло медленно, пока ожидали связи с Андреем, в надежде услышать призыв к подъёму. Но, увы, этого, в итоге, так и не произошло. Зато мы вместе с Геной смогли насладиться крепким чаем с костра и перекусили лёгкой снедью, припасённой для такого случая. Андрей вернулся часа через два усталый и немного, мягко говоря, расстроенный. Его ожидания увидеть здесь баранов не подтвердились. Пришлось в очередной раз возвращаться не солоно хлебавши.           Путь назад по определению должен был быть короче и быстрей. Но не в нашем случае. Сказывалась накапливавшаяся с каждым выходом на охоту усталость. Ноги побаливали, настроение, понятно, не было приподнятым. Но нужно было идти. По дороге пытались обсуждать необходимость пребывания в этом районе ещё один день. После непродолжительных дебатов, пришли к выводу, что смысла оставаться здесь не было, а нам следовало поторопиться, чтобы засветло добраться хотя бы до лодок на берегу, где уже стояла приготовленная для ночлега палатка.           Начало уже смеркаться, когда вся команда прибыла к лодкам. Пришлось очень быстро собрать лагерь, загрузить вещи в лодки и выдвинуться в обратный путь. Сборы прошли оперативно, но, несмотря на это, густые якутские сумерки резко перешли в кромешную темень. Лишь огромный фонарь Луны слегка освещал нам путь. Андрей предупреждал о том, что на пути назад будут два очень коварных места на этом притоке. Правда, выбора у нас уже не было. Жайсан и Ильяс слегка приуныли, но не падали духом. Лодки медленно стали спускаться по течению. Моторы работали для лучшего маневрирования. Я пытался имевшимся у меня фонарём, хоть как-то подсветить путь.        В самом опасном месте все вышли на берег, надели сапоги и стали пробираться по каменистому грунту, временами переходя небольшие протоки. Впереди был очень серьёзный порог, который мог опрокинуть лодку вместе с нами и грузом. Мне уже приходилось оказываться в такой ситуации на Алтае, когда лодка, наскочив на огромный валун, торчавший из вод Катуни, буквально встала на один бок и мы все, а было нас в лодке человек пять, вместе с багажом чуть не оказались в её прозрачных, но ооооочень холодных водах. Тогда спасло какое-то чудо.      В этот раз, к тому же и ночью, никак не хотелось надеяться на некое чудо и испытывать судьбу ещё раз, подвергая опасности наших гостей из Казахстана.       Пробирались потихоньку почти в полной темноте вниз по течению, пытаясь найти самый безопасный проход через ревущий перекат, который днём был пройден без особых трудностей. Но то было днём. Сейчас же каждый шаг и каждый метр мог оказаться роковым. Несколько раз останавливались, совещались и снова шли. Лодки держали на длинных тросах, которыми они привязываются на берегу.         Наконец подошли к первому опасному участку вплотную. Андрей уточнил маршрут, по которому надо было провести лодку, дал нам команду на погрузку, и мы тронулись. Он слегка подруливал мотором. Несколько раз днище прошлось по камням, со скрежетом разорвав ночную тишину.  Мы с Жайсаном и Ильясом сидели в напряжении, готовые в любую минуту в случае опасности выпрыгнуть из лодки.         Вдруг, мотор взревел, нос лодки чуть приподнялся и проскользнул сквозь камни, торчавшие из воды.  Прошли. На душе немного отлегло. Предстояло пройти ещё один порог, но он был уже не такой опасный и, благодаря мастерству рулевого, удалось очень хорошо и мягко пройти и этот порог. Вскоре перед нами открылась ширь Тыры, поворот направо, ещё немного и мы в лагере,  ставшим для нас уже родным в какой-то степени.         Чай, лёгкий перекус и долгожданный отдых. На этот раз необходимо было снять с себя не столько физическое, сколько моральное напряжение и усталость от переживаний во время возвращения на базу и прохождения порогов. Не смотря на обилие острых ощущений, ко сну отошли быстро.         Оставалось всего пара дней из нашего охотничьего графика для того, чтобы добыть долгожданный трофей якутского снежного барана. Невольно задавались вопросом о том, для чего же был проделан столь долгий и трудный путь? Не будут ли напрасно затрачены титанические усилия переходов по камням, рекам и горам сурового, но вместе с тем очень красивого якутского края? Да, возможность добыть барана была, но охотник состоит из крови и плоти и не может как робот, увидев трофей, чисто механически навести прицел и поразить цель. Жайсан прекрасно понимал цену одного единственного выстрела.  Им был пройден уже не один десяток километров по горам в различных горных системах.  Он заслуживал хороший трофей и в этой поездки. Но всё складывалось как-то не совсем удачно.           Надежда умирает последней. Не все возможности были использованы нами на тот момент, и ещё оставалось время. И – главное у нас была вера в то, что охотник с его настойчивостью, трудолюбием и упорством всё же добудет свой желанный трофей.           Надо было отдать должное и Андрею. Человек искренне переживал за охотника и прилагал массу усилий, чтобы охота увенчалась успехом. Мест обитания баранов в округе было достаточно. Весь вопрос заключался в том, чтобы преодолеть в очередной раз труднопроходимые заросли растительности, состоявшей из лиственничных деревьев и разнообразных кустарников, каменных россыпей и глубоководных ручьёв. Ну а к горам мы уже привычные, и для нас горный ландшафт, несмотря на всю крутизну склонов,  представлялся более простым вариантом для ходьбы. Но до этого пояса в той местности ещё нужно было дойти.      На сборы в очередной поход за трофеем ушло немного времени. Опять лодка, река. На сей раз пошли выше по течению, вероятно на тот «дальний» кордон, куда «обычно» уходит зверь. Опять камни, опять глубокий и вязкий мох, кусты тальника. И в очередной раз всё это преодолено.       Вышли к месту, где после подтаёжного пояса резко выросли скалы. А скалы, как хорошо известно горным охотникам, это – именно те места, в которых любят скрываться бараны. И вот он снежный баран, замеченный Андреем.  Нам повезло, что ракурс, с которого баран был замечен, не загораживали деревья и другая растительность. Баран лежал спокойно на небольшой полке отдельно возвышающегося небольшого хребта, рядом с высоченным скалистым выступом. Казалось, что его ничто не тревожит, и это было на руку охотнику. Жайсан смог спокойно изготовиться для стрельбы. На этот раз не было больших сомнений по поводу того, что трофей будет добыт. Расстояние до цели составляло всего 200 метров. На горных охотах это – подарок. Андрей давал ещё некоторые советы Жайсану, в то время как его речь была прервана хлёстким выстрелом Блазера 300-го калибра. Баран тут же поник головой и больше не двигался. Наконец! Все облегчённо выдохнули. Охотник – с трофеем, так трудно ему доставшимся.       Добытый баран не обладал выдающимися трофейными качествами, но зато это был настоящий, трудовой трофей, путь к которому, пролегал через тернии тяжёлых охотничьих испытаний в горах Якутии. К тому времени Жайсан уже смог добыть короля горных трофеев – барана Марко Поло, оказавшись на высоте в 5 000 метров над уровнем моря. По сложности охоты якутские испытания можно поставить в один ряд с высокогорной памирской охотой. Во всяком случае, по словам Жайсана, ярких впечатлений, запоминающихся на всю жизнь, после охоты в Якутии будет очень много. Этому будет способствовать и видеофильм, снятый в этой поездке, и масса интересных фотографий с красивыми видами заполярной красоты Якутии.         Путь домой всегда приятен, даже если он занимает несколько дней. Мысли и настроение начинают перестраиваться с острых охотничьих впечатлений на думы о домашнем уюте и встречи с родными, которых у Жайсана немало.         Думаю, что вряд ли стоит уже рассказывать о деталях нашего пути назад на всех перекладных.  Стоит, пожалуй, остановиться на двух моментах.        Первый это то, что в обратный путь нас вёз водитель по имени Сергей, который полностью контрастировал с Василием, перевозившим нас из аэропорта Якутска до Хандыги. Сергей чётко знал, где в его микроавтобусе находится педаль газа и знал, что на неё надо нажимать. Порой волосы у нас становились дыбом, когда он нёсся на большой скорости по дороге с профилем стиральной доски, периодически ныряя в облака густой пыли, которую оставляли встречные грузовики. Результатом такого отчаянного стиля вождения вскоре после выезда из Хандыги, стало пробитое колесо, которое пришлось менять в пыли проезжавших мимо машин. И всё же он довёз нас успешно до Якутска.        Вторым моментом, о котором нельзя не упомянуть, была наша встреча с известным якутским охотником и автором телепередач об охоте в Якутии Александром Борисовым. Жайсан не мог не воспользоваться возможностью встретиться с таким человеком и не обсудить различные виды охот и рыбалки на территории Республики Саха. Встреча была хоть и непродолжительной, но очень интересной и полезной для обеих сторон. На память об этой встрече остались фотографии сделанные в фойе гостиницы «Алроса» с гигантским мамонтом на заднем плане.       Поездку завершил приятный ужин в узком кругу. Жайсан, Ильяс, ну и ваш покорный слуга обсудили пройденный путь, его яркие и незабывающиеся моменты.         Уходит, по прошествии времени усталость, забываются переживания и нервное напряжение пережитые во время путешествия. В памяти навсегда останутся самые приятные воспоминания о людях, с которыми мы встретились, о красоте природы, о точном выстреле. Пройдёт время и охотника опять потянет в горы или тайгу, чтобы ещё раз пройти трудный, но полный впечатлениями путь к своему трофею. Так позже и случилось. Жайсан ещё раз, и надеюсь не последний, отправился мерить километры по горным хребтам к очередному трофею. Но об этом уже в другой раз.