Во время конвенции SCIтекущего года наш внештатный корреспондент Юрий Морозов взял интервью у одного из наиболее известных в мире охотников – венгра по национальности – Бела Хидвеги. Мы представляем его вниманию читателей журнала.
Охотник и бизнесмен с мировой известностью Бела Хидвеги родился в 1936 году в небольшом венгерском городке Нагисзенас. Будучи студентом сельскохозяйственной академии города Кестели, в 1956 году он продолжил учебу в Англии. Получив образование в области пищевой промышленности, он остался работать за границей.
В начале 1970-х годов Бела стал директором по маркетингу известной американской пищевой компании.
Проживая в Англии, Хидвеги познакомился с производителями легендарного оружия и начал создавать собственную коллекцию оружия. И одновременно расширять географию своих охот. Первыми помимо Венгрии и Великобритании стали страны Европы – Испания, Австрия, Чехия, Румыния.
В начале 90-х Бела отправился на свое первое африканское сафари и навсегда был очарован Черным континентом. До сих пор он возвращается сюда на охоту ежегодно, а часто и дважды в год. Его любимые охотничьи виды – винторогие антилопы. Хидвеги охотился в саваннах Танзании, гористой пустыне Эфиопии, на озере Кариба в Зимбабве, в дельте Замбези, в сухих и дождевых лесах Центральной Африканской Республики и Камеруна, на травянистых равнинах и в буше Южной Африки, в болотах Замбии...
Вслед за Африкой Бела отправился покорять… север. Он прошел по Аляске до Брукс Рэндж, по безграничным диким просторам севера и Скалистых гор в Северной Америке.
Азию Бела открыл для себя на Памире и монгольском Алтае. В Пакистане он охотился в горах Гиндукуш, Каракорум и два месяца в Гималаях. Потом был Иран.
Во второй половине 80-х годов Бела Хидвеги вернулся в Венгрию и привез с собой колоссальную коллекцию охотничьих трофеев, которую передал в дар Музею естественной истории Венгрии и которая сейчас экспонируется в замке-музее Геликон в Кестхели.
В этой фантастической для Венгрии коллекции сотни трофеев, из которых почти 200 встречаются лишь за пределами Европы. Причем два трофея остаются до сих пор мировыми рекордами, а 25 входят в десятку лучших Книги рекордов SCI. Всего же в коллекции представлен животный мир шести континентов с более чем 150 экземплярами в натуральную величину, установленными в аутентичной для этих животных среде обитания.
В 2007 году Хидвеги был удостоен самых престижных охотничьих наград в мире – WorldHuntingAwardRingSCI, а в 2009 году стал лауреатом престижной награды «Тройной шлем» клуба ОВИС. Больше всего он гордится именно этой наградой, поскольку ее вручают только тем, кто стал обладателем трех шлемов – GrandSlam, OvisWorldSlamи CapraWorldSlam. На сегодняшний день только четверо европейских охотников имеют эту награду. Кроме того, Бела дважды был лауреатом одной из наград Карло Кальдеси, считающихся престижными для горных охотников планеты.
Хидвеги опубликовал три книги: «Охота мечты», «Охотник на вершине» и «На краю скалы». А также снял три DVD-фильма: «Моя мечта», «Мои горные охоты», и документальный фильм «Из природы – в музей».
Имя Бела Хидвеги неразрывно связано с Венгерским филиалом SCIи с венгерским охотничьим журналом «Нимрод».
«Магия настоящего САФАРИ»: Бела, позвольте задать Вам несколько вопросов как знаменитому охотнику с мировой славой…
Бела Хидвеги: Конечно, я с удовольствием отвечу, хотя по поводу моей славы Вы явно преувеличиваете.
«МН САФАРИ»: Сначала традиционный вопрос: когда и как Вы стали охотником?
Б.Х.: Сразу и не знаешь, как отвечать на этот «традиционный вопрос». Я по-настоящему горжусь тем, что впервые ступил на африканскую землю, выехал на охоту за пределы Европы, в возрасте 50 лет. Можете себе представить? До того самой крупной моей дичью были серны в Австрии и Румынии. И все! Многие начинают охотиться в возрасте 18-20 лет. Сейчас это в основном дети богатых родителей, которым рано достаются большие деньги. А мне пришлось усердно работать, чтобы позволить себе открыть этот фантастический мир впечатлений и переживаний, побед и разочарований. Хотя я жалею, что допустил в свое время ошибку – тянул с охотой в Африке лишние десять лет. Уже в сорок я мог бы себе позволить такую охоту, но я считал, что мой бизнес требует повышенного внимания, и продолжал упорно трудиться. Так что могу сказать: для меня настоящая охота началась в 50.
«МН САФАРИ»: И с тех пор, то есть почти за 30 лет Вы стали обладателем огромной коллекции трофеев…
Б.Х.: Да, я не без гордости могу сказать, что добыл уже более 270 видов животных, включая очень редкие виды, необычные. Двадцать пять трофеев входят в первую десятку Книги рекордов SCI. Но больше всего я горжусь трофеями горных охот. За эти годы мне удалось добыть столько трофеев, чтобы получить, пожалуй, самые престижные награды ОВИС – это OVISSuper30 и CapraSuper30.
А вообще я очень люблю охоту в Африке. И в моей коллекции есть необычные африканские виды, которые сейчас стали настоящей редкостью: горная ньяла, иланд Лорда Дерби, слон с бивнями более 100 фунтов, добытый в естественных условиях. Сейчас Африка становится все менее дикой, все больше появляется ранчо с огороженными территориями. Это не моя охота. Африку я люблю за настоящую охоту в джунглях и за… винторогих антилоп. Эти животные со спиралевидными рогами кажутся мне пределом эстетического совершенства природных форм. У меня их 25 видов и 22 подвида. Я написал книгу, и винторогим антилопам в ней посвящена одна из основных глав.
«МН САФАРИ»: А что Вы могли бы сказать о Ваших горных охотах?
Б.Х.: Я узнал о горной охоте в 1970-х. Мы тогда жили в Австрии, я охотился на серну и козерога. Позже, когда вернулся в Англию, мой хороший друг собрался на охоту на барана Марко Поло, и потом еще в Монголию. Я поехал вместе с ним. После той поездки меня стало тянуть в горы словно магнитом. Я влюбился в горных животных. Правда, все равно в то же время продолжал ездить в Африку и завершил DiamondLevelпо системе SCI.
Как и в случае антилоп больше всего привлекают меня в горных животных рога! Я уже говорил, что очень люблю закрученные рога, так что мои любимцы – это мархуры. У меня в коллекции есть все три вида, которые можно легально добыть, а ведь сейчас появился еще и четвертый, Бухарский мархур. Надеюсь, получится добыть и его в следующем году. Но это крайне дорогая охота, да и возраст берет свое… Я не был на горных охотах вот уже года полтора-два, и не знаю, как буду себя чувствовать. Но эти закрученные винтом рога – так они мне нравятся! Именно поэтому мне по нраву антилопа канна, бонго, горная ньяла...
«МН САФАРИ»: Какая из горных охот показалась самой тяжелой?
Б.Х.: Как мне кажется, самая сложная из горных охот – это охота в Непале на голубого барана и тара. И, конечно же, на Кавказе. Очень сложная охота, и мне очень такая нравится, хотя и пришлось там несладко. Можно смело сказать, что это была самая запоминающаяся охота в моей жизни – я добыл всех трех туров.
«МН САФАРИ»: А какая из горных охот понравилась больше других?
Б.Х.: Ответить на этот вопрос также просто, как родителям пятерых детей сказать, которого они любят больше. Но все же, предпочтение я отдал бы мархурам. Примерно лет 14 назад я получил первую лицензию на отстрел Асторского мархура. До этого охота на него была закрыта в течение 30 лет. На момент ее закрытия в мире насчитывалось всего лишь около 30 голов этих животных, представляете? По прошествии 30 лет популяция существенно выросла. Однако, когда я получил ту первую лицензию, встречались мне все равно только небольшие экземпляры. Это сейчас они вырастают до огромных размеров, есть с рогами длиной 40 дюймов. Мой трофей был всего лишь около 29 дюймов. Но дело не в этом. Тогда у нас не было хорошей оптики. Животное находилось от меня на расстоянии 400 метров, а я не мог понять, куда ляжет пуля – перекрестие прицела закрывало всего зверя! Я выстрелил. Егерь сказал, что пуля прошла выше – прямо над спиной животного. И все! Охота закончилась! Пришлось ждать еще год и обивать пороги правителя Северного Пакистана, чтобы получить еще одну возможность. Представьте: 15 советников сидят вокруг него на полу и решают, стоит ли дать мне эту возможность в следующем году без платы за новую лицензию или не стоит. Голосование решило исход дела в мою пользу – большинство советников пришло к выводу, что парень я хороший, и почему бы не дать такому еще один шанс. На следующий год, это было в 2001, я добыл самый большой трофей на тот момент. И это благодаря тому, что была проведена предварительная разведка. Но приключения на этом не завершились. Едва закончилась охота, как приходит проводник и говорит, что звонил Кхан Каракая, и сказал, чтобы я никуда не уезжал, потому что началась война в Ираке, американцы отменили охоты, так что у меня есть шанс добыть Кашмирского мархура за полцены. Моими проводниками были Риза и Мехмет, и с их помощью я добыл Кашмирского винторогого козла. Только спустились с гор, как опять звонит Кхан и говорит: по той же причине оставайся на охоту на Сулейманского мархура – за полцены! Так что в том году я добыл сразу двух мархуров по цене одного.
«МН САФАРИ»: Какие у Вас планы на будущее?
Б.Х.: Планы, планы… В этом году мне исполнится 79 лет, и вроде бы уже не до серьезных охотничьих подвигов. Но, что касается горных охот, есть у меня одна задумка. Когда-то я мечтал добыть все трофеи для «Тройного шлема» (TripleSlam), потом мечтал о Super20, затем о Super30, а сейчас у меня 31 баран и 32 козерога. И казалось, все закончилось, мечтать больше не о чем. Но! Как раз тогда и появилась еще одна мечта. Но о ней я пока не буду рассказывать. Если получится ее осуществить, журнал «Магия настоящего САФАРИ» станет одним из первых, кому я об этом расскажу. Ну, а уж если не получится, то, по крайней мере, никто не сможет сказать, что я делил шкуру не убитого «медведя».
«МН САФАРИ»: Спасибо за интервью, и ни пуха Вам в реализации новой мечты!
Б.Х.: К черту! Удачи Вашему журналу и его читателям!
