Мучительно тянулись минуты ожидания. Мы успели уже немного подмерзнуть на холодном ветру, который тянул с ледяных вершин соседних гор. Но вот, наконец, Петро спустился и сказал, чтобы поспешили за ним. Туры пошли не там, где их ждали, а значительно ниже.
Солнце уже почти садилось за острые вершины скал. Оставался единственный шанс выйти на выстрел к турам. Началась настоящая гонка. Вниз по сыпучке. Вверх по скалам. Опять вниз и опять вверх. Создавалось впечатление, что мы где-то в армейском подразделении на тренировке по преодолению полосы препятствий. Сколько этих хребтов тогда преодолели, уже трудно вспомнить, но не менее пяти – это точно.
Пот и пыль образовали на лице грязно-липкую корку. Пот заливал глаза. Но нельзя было даже остановиться, чтобы перевести дух. Туры шли и шли вправо от нас. И надо было успеть перехватить их до темноты.
Наконец авангард погони в лице Ацамаса и Петро остановился и залег на одном из хребтов. Мелькнула мысль – погоне конец! Приблизившись к ним, я услышал, что туры не так далеко и нужно стрелять, потому как вряд ли представится еще возможность. Во всяком случае, в этот день.
Стадо туров голов из 30 или более выбрало небольшой склон с зеленой травой и теперь спокойно паслось. Подоспел Жайсан. Для него самым главным в тот момент было поймать ровное дыхание, что, откровенно говоря, было трудно сделать после такой продолжительной и изматывающей гонки. Хотя туры были спокойны, но световой день уверенно шел на убыль, и медлить с выстрелом было нельзя.
Карабин Жайсана ChristensenArmsкалибра .338 LapuaMag медленно лег на камни хребта. До туров 315 метров. У меня в руках камера. Жму на кнопку записи. В видоискатель труднее найти ориентир на местности, чем Жайсану в отличную оптику, установленную на его карабине. Боюсь не успеть до выстрела сфокусироваться на стаде туров. Но получается. Держу в кадре. Жайсан выцеливает зверя, на которого указал ему Ацамас. Выстрел гулко разрезает тишину ущелья. От шкуры одного из туров поднимается пыль. В тот же миг стадо срывается с места и бежит по тому маршруту, по которому они пришли. Попадание было, но… Казалось невероятным, что после попадания такой тяжелой (16 граммов!) пули мощного патрона зверь может так уверенно двигаться. С явлениями такого рода мне приходилось сталкиваться не раз, когда зверь, будь то марал, козерог или кабан на быстром галопе пробегали до нескольких сот метров, а потом падали замертво.
Мы не увидели падения тура и пришли в замешательство. А темнело буквально на глазах.
Было заранее оговорено, что при желании охотник может стрелять второго тура. Животные резво преодолевали небольшие ущелья и хребты в полукилометре ниже нас. В этот момент Жайсану пришлось применить все свое мастерство, полученное на тренировках с тренером по стрельбе на дальние дистанции в родном Казахстане.
После последнего выстрела один из бежавших туров споткнулся и покатился вниз по склону.
500 метров по бегущему зверю!!!
Сомнений в данном случае не было никаких. Трофей добыт. Ацамас даже снял свою кепку, приветствуя удачный выстрел Жайсана и благодаря Афшати. Мы все с радостью поздравили охотника, воистину заслужившего такой трудовой трофей, к тому же поразившего местных проводников своими меткими выстрелами. Но долго ликовать не было времени – резко опускались сумерки. Команда разделилась на две группы. Петро с Эльбрусом пошли искать первого тура. Мы же с Жайсаном и Ацамасом стали спускаться ко второму, найти которого оказалось не так просто. Уже прилично стемнело, и трудно было что-то разглядеть даже в пяти шагах. Лишь после получаса поисков трофей был обнаружен. Радости охотника не было предела. Тур оказался старым самцом, очевидно, весьма боевым с самого раннего возраста, т.к. рога его были повреждены с обеих сторон, и вместо тонких кончиков были огромные утолщения. Это добавляло трофею некую экзотичность и давало возможность отнести его в разряд аномальных.
Тем временем на горы спустилась настоящая ночь.
Кроме трофея Афшати подарил нам драгоценную воду. Ко времени погони все ее запасы были на исходе, а на такой высоте родников практически не бывает. Через потоотделение мы потеряли значительные запасы влаги, и во рту ощущалась пустынная сушь. Тем ценнее был тот небольшой, робко струящийся из-под камней и мха родничок. Пока проводники разделывали тура, под тонкую струйку родничка были подставлены опустевшие бутылки. Вода набиралась медленно, но этого хватило, чтобы утолить жажду и даже набрать про запас.
Ночевка в горах
Между тем стоило задуматься о ночлеге. Впотьмах нашли небольшое пологое местечко, где с трудом разместились четверо из команды. Петро и Эльбрус пока отсутствовали, блуждая в темноте в поисках первого трофея. Пока мы располагались, они обнаружились по свету фонаря, и мы вывели их к нашему пристанищу. Оказалось, что первый тур тоже найден и имеет хорошие трофейные качества.
Лишь скромным ужином пришлось отметить тяжкий путь, пройденный в этот день, и богатые трофеи, посланные охотнику богом Афшати (позже, в базовом лагере, мы исправили это досадное несоответствие). После скромной трапезы отправились искать в полной темноте хоть малую пядь ровной поверхности, чтобы расстелить карематы и провести ночь в спальных мешках. Но найти таковых не удалось и пришлось сооружать из валунов бруствер. На него выложили плоские камни, которые и составили основу «постели». Для страховки на уровне груди в почву воткнули посохи – чтобы не улететь вниз при неловком движении во сне. Благо этого не произошло.
После тяжелого дня засыпаешь обычно быстро, но до того, как погрузиться в сон, я еще успел насладиться завораживающей глубиной чистого горного ночного неба с мириадами звезд.
Утром сборы были недолгими. Сразу отправились ко второму трофею. Он оказался весьма достойным, с рогами классической формы Capracylindricornis. После короткой фотосессии, ребята быстро разделали тушу и разложили трофей и мясо по рюкзакам.
Спуск
Обратный путь под тяжестью рюкзаков, наполненных трофеями и мясом туров, не был легче, как может показаться неискушенному в таких походах читателю. Опять до боли знакомые хребты и ущелья. Только в этот раз путь пролегал еще и через густые заросли кустов акации с острыми шипами, низкорослых деревьев и огромных валунов. Троп практически не было. Даже олени и туры предпочитали выбирать пути отличные от нашего маршрута. Но выбора на тот момент уже не оставалось: вперед и вниз!
Регулярно падали, поскальзываясь на рыхлой и влажной почве, вставали и шли дальше. Солнце начало сильно припекать, осложняя и без того непростой путь. Благо периодически попадались ручьи с хрустально чистой горной водой. Можно было немного охладиться и выровнять водно-солевой баланс обильно исходящих потом организмов.
В конце пути обтрепанные об острые шипы и сучья, сильно измученные физически мы еле передвигали ноги, балансируя с тяжелым грузом за плечами между деревьями и камнями. И вот, когда уже было видно дорогу и приехавшую за нами машину, чуть расслабившись, я вдруг понял, что лечу вниз. Почти сразу почувствовал, как один из сучков березы коварно зацепил веко правого глаза. Пытаясь удержаться левой рукой, я свез кожу на ней от запястья до локтя. Очевидно, наступил на едва державшийся камень на краю небольшой звериной тропы, он сорвался, а с ним и я, поскольку не смог удержать баланс, имея большой вес за плечами.
Таким образом, вдобавок к расписанной большим камнем на вершине горы левой ноге, я получил красивые узоры на руке и веке правого глаза.
Интересно, что мой посох при всем при том остался лежать рядом с тропой и параллельно ей.
Ноги тряслись от усталости и перенапряжения.
Конечно, я представлял собой смешное зрелище со стороны. Но тех, кто прошел в горах не один километр, подобные казусы совсем не веселят. Не было насмешек, было только сочувствие в голосах.
В машине нас ждал сочный арбуз!
В гостях у Гризли
Прежде всего необходимо было завезти Ацамаса-Гризли в Даргавс, что мы и сделали. И тут нас взяли в «полон». Его гостеприимная семья уже приготовила обед, нас усадили за стол, и мы с удовольствием разделили с горцами трапезу. Не обошлось без традиционных тостов за Афшати и Святого Георгия.
Тепло попрощавшись с приятными людьми, мы направились на базу, но тут кто-то из проводников предложил воспользоваться случаем и совершить омовение в горячих источниках Кармадонского ущелья. Разве можно отказаться как следует прогреть измученные мышцы в дарованных природой Кавказа лечебных водах?! Источники и в самом деле оказались горячими – градусов под сорок! Казалось, что молочная кислота, переизбыток которой в мышцах явно ощущался, растворялась, словно сахар в кипятке.
По иронии судьбы нам пришлось терпеть высокую температуру и после омовения в источниках. Когда спустились в долину, температура воздуха была уже за 30 градусов. А когда УАЗ-буханка выехал на основную трассу и направился на базу, то, как потом нам сказали местные жители, температура воздуха поднялась до 41. То-то по дороге я все не мог понять, почему встречный воздух не охлаждает, а скорее обжигает. Да и горячее «сердце» УАЗа добавляло жару.
В общем, это было счастьем оказаться на базе, где было уютно и прохладно, где пилигримов ждал заботливо приготовленный поваром обед.
За время, проведенное в горах, одежда, постоянно впитывавшая пот, покрылась соляной коркой. Благо на базе была стиральная машина, и вся охотничья экипировка сразу отправилась в темное жерло белоснежной чудо-машины.
Приняв душ и сменив одежду, спустились в просторную столовую, где уже по полной программе отметили первый успех Жайсана в Кавказских горах. Решили на следующий день отдохнуть, разобраться со своей охотничьей одеждой и подкопить сил для предстоящей охоты на серну.
