Четыре основные формы горных козлов, ранее считавшихся подвидами Capra ibex, а теперь возведенные в ранг видов, встречаются в Европейских Альпах, на труднопроходимых горных хребтах северо-восточной Африки и в Азии. Большие расстояния и географические барьеры изолировали популяции козлов в течение тысяч лет, что привело к появлению различий в морфометрии и окраске меха.
Горные козлы Европы и Африки имеют относительно небольшие ареалы; сибирский горный козел Capra sibirica – это многочисленный вид с обширной областью распространения, занимающей около 2,3 миллионов км2, простирающейся от северо-западных Гималаев в Индии и Пакистане до Саянских гор в юго-восточной Сибири в Российской Федерации.
На основании работ целого ряда исследователей сегодня принято выделять четыре подвида Capra sibirica:
* Capra sibirica sibirica – Сибирский горный козел, или сибирский козерог. Ареал: Алтай и Саяны западнее Байкала;* Capra sibirica alaiana – Среднеазиатский горный козел, или среднеазиатский козерог. Ареал: Памир, Алайский и Заалайский хребты, Тянь-Шань;
* Capra sibirica sakeen – Ареал: Гималаи, Памир, Гиндукуш и Каракорум в пределах северного Пакистана и северной Индии и прилегающие районы западного Китая;
* Capra sibirica hagenbecki – Гобийский горный козел, или монгольский горный козел. Ареал: Гоби, включительно с Заалтайской Гоби, Восточный Тянь-Шань и прилегающие районы северного Китая.
Общий вид и отличительные черты
Оба пола имеют рога, но у самок они значительно короче и тоньше, неребристые; основания расположены дальше друг от друга, а окрас рогов обычно светлее, чем у самцов. Кольцевые борозды, указывающие на годовой рост рога, дают возможность точно установить возраст животного. Рога горных козлов активнее всего растут на втором году жизни. В последующие годы рост замедляется. Рост рогов у взрослых самцов (в возрасте 9–10 лет) замедляется еще сильнее. Так как развитие рогов и их рост сильно зависят от факторов окружающей среды (наличия корма, минералов, погоды), единственными рогами, подходящими для сравнения, являются очень хорошо развитые рога взрослых особей, так как влияние питания и окружающей среды на этих животных минимально.
Рога самцов имеют саблевидную или серповидную, дугообразную форму, овальные в разрезе, с двумя заметными ребрами и четко различимой плоской, но ребристой передней поверхностью между ними. Передняя поверхность покрыта выступающими поперечными ребрами или буграми, расположенными через каждые 3–5 см, от основания и почти до концов рогов.
Эти ребра или бугры растут из толстой мозолистой кожи у основания рогов. На сегментах между годовыми кольцами обычно вырастает по два поперечных ребра, реже одно либо три. Некоторые формы обладают более выступающими ребрами, у других они меньше. Обычно внешний край поперечных бугров у C. Ibex (альпийский козерог) и C. sibirica развит так же хорошо, как и внутренний, часто пересекаясь с продольными боковыми ребрами. Поперечные бугры у C. nubiana обычно лучше развиты у внутреннего края, что, в сочетании с их более узкими рогами и закругленными внешними краями, усиливает ребристость внешнего вида рогов.
Форма рогов очень изменчива не только между разными фенотипами, но также и среди самцов из одного того же стада. Изгиб может изменяться от почти прямых рогов до полного полукруга, а расстояние между концами может быть как узким, так и очень широким, с кончиками рогов, направленными либо прямо, либо развернутыми внутрь или наружу. Важным фактором общего качества головы является отношение длины рога к его толщине по всей длине (индекс массы рога), который также подвержен значительной изменчивости.
Самые длинные рога – у взрослых самцов сибирского горного козла (до 152 см, а иногда и длиннее).
В отличие от альпийского горного козла, мех которого имеет равномерный окрас и обычно темнее, окрас меха сибирского козерога значительно варьирует по всей огромной области распространения в зависимости от географического положения, а также имеет сезонные и возрастные вариации.
На севере распространения основной окрас довольно светлый; экземпляры из Тянь-Шаня и Памира часто имеют мех шоколадно-коричневого цвета, но встречаются и более светлые оттенки от рыжеватого до светло-серого. Форма пятен на пояснице и в области шеи у всех азиатских фенотипов очень разнится; пятна могут быть как ярко выраженными, так и отсутствовать вообще даже в рамках одного стада. Пятна на спине могут отсутствовать в летнем меху, но быть четкими и яркими в зимнем. Нубийские горные козлы в целом демонстрируют однородный светлый песочный или желтовато-коричневый окрас, в то время как абиссинские горные козлы имеют темный мех шоколадного или каштанового цвета. У всех самцов горных козлов есть внушительные бороды.
C. sibirica, как и другие азиатские виды имеет четкие отметины на передних ногах, что отсутствует у альпийских горных козлов. В отличие от горных козлов Европы и Африки, у сибирского горного козла есть мозоль на коленях и запястных суставах передних ног диаметром около 3 см, чтобы взбираться на крутые склоны.
Сибирские горные козлы вынуждены бороться с внушительным списком крупных хищников, таких как снежный барс, рысь и волки. Старые самцы особо уязвимы перед хищниками.
Сибирские горные козлы, живущие в удаленной и сильно пересеченной местности, менее всех подверглись влиянию человека, хотя некоторые популяции на определенных участках их ареала подвергались промысловой охоте ради мяса, а также сокращению ареала.
Киргизия и Таджикистан. Численность горных козлов в Киргизии и Таджикистане в советские времена (1970-е годы) оценивалась примерно в 70 000 животных. К 1980 году Национальный центр биоразнообразия и биобезопасности (2003) насчитал около 41 000 среднеазиатских горных козлов в Таджикистане. Гражданская война в Таджикистане (1992–1997 годы) привела к чрезмерному браконьерству, которое, очевидно, вызвало существенное сокращение популяции. Однако по завершении тысячелетия популяции горных козлов, судя по всему, восстанавливаются.
Последние сообщения из обеих стран указывают, что среднеазиатские горные козлы находятся в безопасном положении, хотя их точная численность не была названа. Охотничье законодательство в Таджикистане и Киргизии специфическое; в обеих странах для приезжих охотников имеются квоты для программ трофейной охоты.
Казахстан. В советское время численность популяции оценивалась в 17 000 сибирских горных козлов (в основном C. s. alaiana, но также некоторое количество C. s. sibirica вдоль границы с Российской Федерацией).
В настоящее время в некоторых районах численность среднеазиатских горных козлов в Тянь-Шане с казахской стороны могла снизиться, так же, как и трофейная ценность добываемых животных, что требует прозрачного и научно обоснованного подхода к рациональному использованию соответствующих фенотипов.
Узбекистан. В советские времена (середина 1970-х годов) общая оценка численности среднеазиатских горных козлов (C. s. alaiana) составляла 2 400 особей. Ученые считают, что среднеазиатские горные козлы сохранились в бассейне реки Кызылдарья в количестве 400–500 особей, и еще не менее 1000 сибирских горных козлов населяют Гиссарский природный заповедник.
Сдерживающими факторами являются низкое качество кормовых участков, конкуренция за корм с домашним скотом, развитие сельского хозяйства, браконьерство и беспокойство от человеческой деятельности. Среднеазиатские козлы являются традиционным объектом трофейной охоты по лицензии. Однако, судя по всему, добыча браконьеров заметно выше официально заявленного общего объема добычи.
Российская Федерация. Охота на алтайских горных козлов (C. s. sibirica) разрешена по лицензии, но гораздо большее количество отстреливают незаконно. В советское время (1970-е годы) оценки популяции в южной Сибири колебались от 8 000 до 9 000 алтайских горных козлов, из которых 3000–3500 обитали на самом Алтае, 2 500 в горах Танну-Ола (Тыва), 1 500 на Западном Саяне и 2 000–2 500 на Восточном Саяне (Бурятия).
